Уже около 20 лет, одновременно с возрождением духовной жизни, по всей стране происходит мощный процесс восстановления храмов и монастырей. Именно храмы и монастыри всегда являлись местами, вокруг которых строилась духовная жизнь, поскольку храм является местом молитвы и совершения церковных таинств. Поэтому и возрождение полноценной религиозной жизни невозможно без восстановления и строительства храмов.

Восстановление разрушенных святынь – наш народный, национальный долг перед Богом, перед памятью старших поколений, создавших эти святыни, перед отечественной культурой, перед будущими поколениями, которым мы должны оставить реальные духовные ценности, и, главное, перед самими собой. Устраняться, считая это не своим делом, было бы неправильным для любого гражданина, тем более христианина. Даже неверующие люди понимают, что были разрушены памятники, уничтожена красота, являвшаяся достоянием Отечества. Для верующего же очевидно, что мы должны восстановить то, что нашим народом было Богу посвящено, а потом в безумии разрушено.

Всехсвятский храм в городе Ростове-на-Дону был известен как кладбищенский. Его история началась в 1785 году, когда в Димитриевской крепости первоначальный Покровский храм заменили новым, более вместительным храмом. Архиепископ Славеницкий и Херсонский проявил инициативу по использованию материала разбираемого ветхого Покровского для постройки храма на новом месте, а именно на старом ростовском кладбище «в районе нынешнего перекрестка улицы Красноармейской и Соборного переулка).

Кладбищенский храм освятили во имя Всех Святых. Его закладка совершилась 15 декабря 1785 года в Соборном переулке. Через полтора года здание храма было полностью отстроено и 19 мая 1787 года освящено.

По мере развития города уже в первой половине XIX века в районе между Доломановским и Халтуринским (бывшим Никольским) переулками, Красноармейской (бывшей Скобелевской) и Филимоновской (бывшей Ермоловской) улицами было устроено новое го­родское кладбище.

8 сентября 1864 года на городском кладбище был заложен но­вый трехпрестольный Всехсвятский храм. Строился он, в основном, на сред­ства городского головы Андрея Матвеевича Байкова.

Во время строительства нового кладбищенского храма в старо­кладбищенском храме 3 октября 1865 года вспыхнул пожар, но зна­чительную часть церковной утвари, удалось спасти. Эту спасенную церковную утварь на время перенесли в деревянный, еще не упраз­дненный старый Никольский храм, находившийся в Соборном переулке между Никольской (теперь Социалистической) и Казанс­кой (теперь Серафимовича) улицами (на месте, где сейчас располо­жен Ростовский почтамт). Если раньше службы и этом старом полу­закрытом Никольском храме проводились от случая к случаю, то после перенесенных туда спасенных предметов культа они ненадолго стали совершаться регулярно.

После окончания строительства нового каменного храма на город­ском кладбище всю церковную утварь с Соборного переулка крестным ходом перенесли в новый храм во имя Всех Святых, который был освя­щен 27 октября 1868 года. Изначально это был средний по размерам храм, увенчанный декоративным пятиглавием. В 1897 году к нему была пристроена двухъярусная колокольня. Согласно «Ведомости о цер­кви» Донской Духовной консистории, в ней значатся:

• 

  Левый придел во имя Святых равноапостольных царя Констан­тина и матери его царицы Елены

Новокладбищенский храм во имя Всех Святых просуществова­л 98 лет. В 1930-е годы был закрыт. В 1942 году в нем возобнови­лись регулярные богослужения, продолжавшиеся до 1966 года. Этот год стал последним в жизни храма.

С помощью городских властей и слушателей Высшей партийной школы церковная утварь была перемещена в храм Рождества Пресвятой Богородицы (на Старом базаре), а здание Всехсвятского храма было взорвано.

Взрыв разрушил его до основания. Разрушение совершалось при ак­тивном сопротивлении прихожан и молчаливом неодобрении жителей прилежащих районов — Нового и Затемерницкого поселений. Это был последний взрыв в летописи храморазрушительства Ростова-на-Дону.

Исчезло и городское кладбище, закрытое еще перед Отечествен­ной войной. В памяти старожилов остались высокохудожественные надгробия, скульптурные памятники, обелиски и могилы известных ростовцев XIX века. В рукописи о городских кладбищах ростовских историков М.Б. Краснянского и А.Г. Парецкого, подготовленной в 1917 году, говорится: «Шестым по счету кладбищем является Старое кладбище, ныне функционирующее и находящееся в Новом поселении». Авторы рукописи провели исследование самых старых на тот момент захоронений. Авторам рукописи удалось отыскать плиты над могилами городничего Андрея Аксенова (1828 год), отрока Иоанна Катлова (1829), купчихи Марии Москалевой (1830), купца Иоанна Данилова (1853), артиста Валентина Ляхера (1863), жены чиновника Акилины Де-Брюс (1854), есаульской жены Марии Малаховой (1843).

На Всехсвятском кладбище находился пантеон знаменитой купеческой семьи Парамоновых, их родственников Царда, здесь были погребены городской голова А.М. Байков, писатель Д.Л. Мордовцев, основоположник вирусологии профессор Д.И. Ивановский и многие другие выдающиеся ростовчане. Краснянский и Парецкий особо отметили, что большинство старых надмогильных плит были сделаны из чугуна, на Луганском чугунолитейном заводе.

 

До революции, и некоторое время после нее это кладбище было хорошо ухожено и представляло собой парк с большими деревьями, скамеечками у гробниц, и даже уличным освещением. Сюда приходили ростовчане не только затем, чтобы помянуть своих близких, но чтобы просто отдохнуть в тени и прохладе деревьев. В середине 30-х годов советская власть приняла решение снести Старое кладбище как наследие буржуазного прошлого.

Ольга Васильевна Давыдова из тех ростовчан, у кого на Всехсвятском кладбище были могилы родных людей. Свои вспоминания Ольга Васильевна доверила рукописи. Вот выдержки из нее.

«На том самом месте, где сейчас Дворец спорта, были похоронены мои предки. На их могилах лежали три большие плиты из черного мрамора. Мой прадед, прапрадед и прапрапрадед были купцами. Ограда вокруг их могил была из настоящего каслинского литья — ее мой прадед заказывал на Урале.

Погром на городском кладбище начался внезапно. Это произошло летом 1934 или 1935 года. К нам пришел знакомый деда и рассказал: вот уже третий день рано утром, как только начинает светать, на кладбище приезжают грузовики с людьми. Видимо, это были заключенные: при них находилась охрана.

Они использовали каток для утрамбовки асфальта: он наезжал на памятники, валил их, а потом люди волокли их к машине и увозили. Все происходило быстро, и к тому времени, когда солнце всходило, они уезжали. А на следующее утро все повторялось…

Услышав это, дед вместе со мной пошел к своему младшему брату Леониду Ивановичу, и мы втроем отправились на кладбище. Как только мы вошли в ворота, как увидели, что возле конторы молча стоит толпа людей. Главная аллея была завалена поломанными деревьями и кустами, засыпана комьями земли. Мы прошли дальше. Ограда вокруг могил наших предков была повалена на землю. Все три мраморные плиты исчезли. Могилка дочери деда, умершей в детстве, оказалась раздавленной.

 

Под мраморными плитами по соседству оказалась погребальная камера, выложенная каменем. Перекрытие над ней рухнуло, были видны гробы. Дед, схватившись за брата, тяжело осел на землю. Леонид Иванович крепко держал меня за руку.

Мы вернулись к входу на кладбище. Людей там прибавилось. Из конторы вышел мужчина в кепке и потребовал, чтобы все расходились: есть, мол, указание ликвидировать буржуйские могилы.
Один человек попытался объяснить, что он научный работник, разрушена могила его отца. Мужчина в кепке ему ответил: «Допустим, ты научный работник, но батя твой был кто? Буржуй! Это по тебе видно. А мы буржуев и на том свете достанем. Всем разойтись!»

Потом знакомые говорили, что с кладбища увозят не только памятники из черного мрамора, но выискивают розовый камень, точно такой, на котором в те же годы в Ростове был поставлен памятник С.М. Кирову.

Брат деда Леонид Иванович работал в артели «Красный художник». Через знакомых скульпторов он узнал, что памятники с кладбища свозят в мастерскую НКВД. Там заключенные пытаются срезать с них надгробные надписи, но у них это плохо получается.

Дед знал, что памятники из мрамора привозят на строительство нового театра. Они сумел попасть за забор и пытался отыскать мраморные плиты с могил наших предков. Однажды он сказал бабушке, что наши плиты установили на фасаде театра у самого входа».

Полностью уничтожить Старое кладбище большевикам помешала война. Во время одной из бомбежек Ростова авиабомба попала в здание Всехсвятского храма, где укрывались люди, были убитые.
В конце 40-50-х годах Старое кладбище представляло собой печальное зрелище. Все ограды были снесены, еще остававшиеся могильные плиты втоптаны в землю. На территории бывшего кладбища возник стихийный базарчик. На могильных плитах, до которых не добрались руки большевиков, продавцы раскладывали товар.

Единственным уцелевшим памятником со старого кладбища было большое мраморное надгробие с семейного склепа известного писателя Даниила Лукича Мордовцева. Его не утилизировали, как другие памятники, а перенесли на Братское кладбище, где оно стоит до сих пор. Само захоронение переносить не стали.

Кладбище со 150-летней историей до сих пор не внесено в списки памятников истории и культуры, хотя, вне всякого сомнения, является объектом культурного наследия. Городское кладбище перестало существовать, на его месте разбит сквер. Люди, рожденные в последующие годы при советской власти, не знают своих предков. Связь поколений оказалась разорвана…

В 1967 году на месте кладбища и взорванного Всехсвятского храма возвели здание Дворца спорта, строительство которого плани­ровалось с начала 1960-х годов.

С Божией помощью и совместными усилиями мы сможем восстановить разрушенный в лихолетье храм. Православные христиане часто воздвигали на кладбищах храмы в честь всех святых, имена которых носили усопшие.

Участие в восстановлении храма – это еще и личное покаяние, желание потрудиться для Бога, Его Церкви, просто для людей и своей Родины. И в этом аспекте, искренне помогая храму, как и при совершении любого доброго дела, человек испытывает умиротворение совести, спокойствие и радость в душе.

 

ЗАБЫТОЕ ХРИСТИАНСКОЕ КЛАДБИЩЕ РОСТОВА-НА-ДОНУ

Л.Ф. ВОЛОШИНОВА

О   Старом   христианском кладбище Ростова всё чаще вспоминают в начале ХХI века.

Судьба этого некрополя, обозначенного на первом плане города (1811г.), характерна для многих существовавших в России в ХIХ – первой половины ХХ веков и при этом имеет свои меты и незабываемые страницы. К настоящему времени, о  кладбище сообщалось в нескольких публикациях, где оно называется  Старым христианским кладбищем (по картам ХIХ и начала ХХ веков), Новопоселенским (по району города, где располагалось), Всехсвятским (по церкви, возведённой у его северной границы), Городским (после появления других кладбищ Ростова – Покровского и Братского).

О старом Христианское кладбище, рассказывает В.С. Сидоров на станицах «Энциклопедии старого Ростова и Нахичевани-на-Дону» [1, с.162,163]. А.М. Ильин упоминает его в «Истории города Ростова-на-Дону» [2, с. 82].  О существовании на территории кладбища в конце 1940-х годов «толкучего» рынка узнаём из книги Е.А. Комисарова «Нахичеванские страдания» [3]. Значительно пополняет сведения о кладбище в газетной публикации краевед М.А. Вдовин [4, с.3]. Предложение устройства мемориала на территории Всехсвятского кладбища недавно прозвучало со страниц газеты «Новое время» [5, с.2].

Кладбище уже существовало в начале ХIХ века. Текст первого известного ныне надгробия сообщает: «Здесь погребено тело ростовского городничего капитана и кавалера Андрея Михайловича Аксенова, скончавшегося 2-го марта 1828 года» [1, с.123]. В то время кладбище располагалось у северо-восточной окраины Ростова. За ним простиралась выгонная земля города, где брали в аренду участки для устройства ветряных мельниц и боен.

К началу 1890-х годов кладбище окружали: с запада – значительно меньшее по размерам, еврейское кладбище, с севера–Новопоселенский базар, с востока застраивались жилые кварталы Нового поселения, с юга – проходила Степная улица, вскоре переименованная в Скобелевскую (ныне ул. Красноармейская).

В 1868 году заканчивается возведение каменной кладбищенской церкви и происходит её освещение во имя иконы Всех Святых. Строительство храма начали по инициативе городского головы А.М. Байкова; средства на его возведение собрали благодаря пожертвованиям частных лиц (купцов и мещан) и средств, выделенных Городской думой. В числе жертвователей были «Её Императорское Величество Государыня императрица и сам А.М. Байков» [6].

Г.Х. Чалхушьян в «Исторической записке о Ростове-на-Дону» сообщает: «18 ноября 1868 года окончена совершенно и передана приюту и старосте Я.М. Василенке кладбищенская церковь. При этом, Байков указывает городскому обществу на необходимость дальнейшего устройства городского кладбища и приведения его в тот вполне благообразный вид, в котором должно находиться место последнего нашего упокоения. Наблюдение за предположенным устройством городского кладбища возложено обществом на Байкова и благочинного ростовских церквей. Городское кладбище разбито на участки; устроены на нём дорожки, обсаженные деревьями, и кладбище пришло в приличный и соответствующий своему назначению вид» [7].

В начале 1880-х годов, после возвращения на должность городского головы А.М. Байкова, в Ростове создается Попечительство по заведованию городскими кладбищами. В начале 1885 года оно представляет Думе на рассмотрение «Проект правил упорядочения и содержания в порядке кладбища близ Нового поселения». Из этого документа мы узнаём, что к этому времени на территории кладбища существуют 8 кварталов, в них располагаются склепы, семейные захоронения, отдельные могилы; последний восьмой квартал предлагается сделать бесплатным для бедных. «Здесь же хоронить умерших в богадельне и умерших на улицах…». Попечительством тогда предлагалось (горожанам) «сделать единовременное пожертвование на устройство кладбища, которое заносится в книгу – пожертвования эти совершенно добровольны и размер их зависит от самих пожертвователей» [8].

Дума утвердила представленный план кладбища, внесла текущие изменения в правила и постановила: «привести все изложенные предложения в исполнение». Проходило это заседание под председательством А.М. Байкова.

Эту информацию в 1885 году вновь дополняет Г.Х. Чалхушьян: «Часть кладбища по линии церкви будет носить название “Церковного квартала”, а затем остальные 8 кварталов обозначаются номерами: западные – нечётными, восточные – чётными. Дорожки шоссируются. Около церкви разбит цветник; во многих местах поставлены скамейки; всё кладбище вычищено и обсажено деревьями. Такому улучшению кладбище немало обязано особому попечительству городских кладбищ, в котором председателем А.М. Байков, а членами Я.М. Василенко, А.В. Емельянов, Я.С. Кушнарёв, К.А. Маслов, отец Федор Руднев и Г.И. Шушпанов» [9].

 

Все оставшиеся годы жизни Байков активно поддерживал работу названного Попечительства. После его кончины в Австрии в 1889 году, тело городского головы было привезено в Ростов и похоронено на городском Всехсвятском кладбище. По свидетельству краеведов начала ХХ века, на его могильной плите было высечено три слова «Андрей Матвеевич Байков» [2, с.91].

Следует отметить, что на этом же кладбище, в 1906 году похоронили его последователя городского голову И.С. Леванидова (по сведениям краеведа Ф.И. Поташева), а в 1862 году здесь был упокое прах одного из первых городских голов Ф.К. Трегубенко, рядом с ним впоследствии – другие представителей этой купеческой семьи (по воспоминаниям правнучки его О.В. Давыдовой).

На рубеже ХIХ и ХХ веков вокруг кладбища возвели кирпичную ограду со сквозными прорезями в виде крестов. В ней устроили три арочных входа, закрываемые коваными воротами с калитками. Главный был с переулка. Никольского (ныне Халтуринский) возле улицы Суворовской (ныне ул. Тельмана), от него проложили асфальтовую аллея с выходом на церковное подворье и далее через базар к Братскому переулку. От этих ворот вдоль северной границы кладбища размещалось длинное одноэтажное здание, принадлежащее храму, где жили священники, сторожа, работала церковная библиотека. Третий вход был с Доломановского переулка напротив улицы Лермонтовской [4].

Во второй половине ХIХ – начале ХХ века на Всехсвятском кладбище были похоронены представители известных купеческих семей Ростова: Максимовых, Ященко, Асмоловых, Панченко, Михайловых, Кушнарёвых, Шушпановых, Парамоновых и др[1].

Здесь же нашли последний приют многие деятели городского самоуправления: гласные городской думы, члены управы, почетные граждане и благотворители.

Из представителей других сословий и профессий следует назвать могилу артиста Валентина Ляхера из Бердичева (скончался в 1863 году), захоронение трех поколений  учительской семьи Царда, преподавательницы женской гимназии А. Г. Филипповой, основателя, директора мужской гимназии А.П. Степанова, известного ростовского фотографа В.Ф. Петрыковского, участкового пристава полиции, надворного советника В.И. Унковского, Л.П. Пендрие – управляющего Общества Водоснабжения и освещения Ростова и многих др.

В воспоминаниях, тех, кто посещал кладбище в 1920-е годы, называется и нехарактерный для христианского некрополя памятник в виде обелиска на постаменте с надписью «Боролся за народное дело». Скорее всего, он стоял на могиле участника революционных событий в Ростове в 1902, 1905 годов.

Земля Всехсвятского кладбища приняла на упокоение прах иностранных подданных, проживавших в Ростове: греческих негоциантов П. Е. Целентиса, П. Д. Ксантоса, итальянского мастера С.А. Тонитто, подданных Великобритании Е. И. Мартын, Ив. Ив. Мартын, членов семьи Ридель и др.

Несомненно, что на территории кладбища было немало рядовых надгробий, но по свидетельству краеведа Михаила Алексеевича Вдовина были и многочисленные памятники из мрамора и гранита, представляющие собой художественную ценность Ему запомнился памятник из серого гранита, увенчанный фигурой ангела из белого мрамора. Он и другие старожилы Нового поселения сообщали, что на кладбище видели памятники в виде каменных надмогильных крестов и надмогильных плит, невысоких пирамид, завершенные крестами; что территории захоронений были обнесены ажурными коваными оградами [10].

Первые известные ныне надгробные плиты середины ХIХ века были отлиты из металла, на нескольких присутствовали клейма Луганского завода. В 1890-е годы в Ростове работали две известные фирмы по изготовлению памятников из природного камня: мраморно-гранитное заведение И.И. Пузневского, приехавшего из Варшавы, и аналогичное – итальянского мастера С.А. Тонитто.

К примеру, над склепом семьи Мордовцевых в 1890-е годы был установлен надгробный памятник в виде часовни, выполненный мастерской «С.А. Тонитто» (маркировочное клеймо сохранилось на одной из граней постамента). В самом склепе к 1916 году был упокоен прах десяти членов этой известной в городе семьи. Из надписей на гранях обелиска-часовни следует, что четверо из них: Даниил Лукич, его братья Николай Лукич и Андрей Лукич, а также Лука Николаевич Мордовцев – были потомственными почетными гражданами города. После кончины журналиста и писателя Д.Л. Мордовцева на верхней грани обелиска выполнили надпись: «Действ. Стат. советник Даниил Лукич Мордовцев. + 10 июля 1905 г.»

Были на кладбище похоронены жертвы гражданской войны. Самой известной из них стал священник Всехсвятского храма отец Константин (Верецкий), расстрелянный красноармейцами 9 февраля (ст.ст.) 1918 года, при вступлении в Ростов красных частей Рудольфа Сиверса [11].

В 1920 году на Старом христианском кладбище похоронили профессора Донского (Варшавского) университета Дмитрия Иосифовича Ивановского, выдающегося русского ученого основоположника науки о вирусах (скончался 20 июля).

В этом же году кладбище было закрыто. Однако по воспоминаниям родственников, погребенных на кладбище, на семейных участках могил продолжались подзахоронения до начала 1930-х годов.

Малоизвестной страницей в истории кладбища остаётся вскрытие нескольких могил и склепов, с целью обнаружения золота в 1920-е годы. Об этом редко упоминают довоенные жители Нового поселения.

Начало разорению кладбища положило снятие, по решению городских властей, мраморных и гранитных надгробий, для облицовки стен, строящегося в Ростове драматического театра. По воспоминаниям современников (К.Э. Царда, О.В. Давыдовой, М.А. Вдовина, чьи родственники были упокоены на кладбище) происходило это около 1934 года [10]. Тогда кладбище лишилось большей части мраморных и гранитных памятников.

После закрытия Всехсвятского храма в середине 1930-х годов и устройства в нём мастерской по ремонту подшипников, продолжалось разорение кладбища. На западном его углу в 1938 году возводили здание школа. А на остальной территории ещё сохранялось множество деревьев, кустов сирени и жасмина [4].

В начале Великой Отечественной войны деревья на кладбище вырубили для строительства оборонительных сооружений, здесь же разместилась зенитная батарея. Во время оккупации эту позицию занимали уже немецкие зенитчики, а в 1943-м –   снова наши.

После начала немецкой оккупации в августе 1942 года храм Всех Святых был снова освящён, в нём стали проходить церковные службы. Они продолжились после освобождения Ростова в феврале 1943 года. А днём 22 марта, во время немецкого авианалёта, одна из бомб попала в правый притвор храма, где шла служба. Погибших прихожан похоронили в братской могиле на церковном подворье. Среди погребённых старожилы называют дочь табачного фабриканта В.И. Асмолова, которая прислуживала в церкви [4].   

После окончания войны началась разборка кирпичной ограды кладбища для восстановления разрушенных и поврежденных зданий. Уже в 1944 году на территории кладбища вдоль Халтуринского переулка разместился «Толкучий» рынок, к которому примкнул возобновлённый Новопоселенский базар, где велась кооперативная и частная торговля сельхозпродуктами. К тому времени несколько памятников в виде пирамид и обелисков оставались в юго-западной части бывшего кладбища и у храма.

По воспоминаниям Евгения Комиссарова, жителя «Нахаловки» тех лет, на «толкучем» рынке сохранялись ещё могильные плиты и невысокие уцелевшие кресты, на которых развешивали и раскладывали свой нехитрый товар торгующие (скобяные изделия, бельё, одежду, обувь и др.) «Потом кресты растащили ворота подпирать. Из могильных плит «приступки» к домам понаделали. Какое-то время держался склеп «штаб-квартира» для ворья» [3].

В конце 1940-х территорию бывшего кладбища городские власти решили отдать для сооружения стадиона СКВО. Однако, это не было исполнено. А начале 1960-х, на месте существующих бараков вдоль улицы Красноармейской, начали возводиться многоэтажные жилые дома. Школьное здание, построенное ещё до войны, и сгоревшее во время оккупации, отстроили в 1948 году. В середине 1950-х вдоль переулка Халтуринского возводился трехэтажный корпус Ростовского специального проектного конструкторского бюро.

В начале 1960-х примет кладбища на бывшей его территории уже не осталось.

После закрытия Всехсвятского храма несколько уцелевших надгробных памятников было перенесено на действующее Братское кладбище. Среди них, достоверно известны – памятник в виде часовни семьи Мордовцевых и   обелиск профессору Д.И. Ивановскому (установлен в 1950 году) [12].

Взрыв храма 1966 году напомнил новому поколению ростовчан о былом некрополе. У церковных стен, в былом церковном квартале, были разворочены покрытия склепов, остатки надгробных плит

В 1967 году на месте храма уже высился Дворец спорта, на остальной незастроенной кладбищенской территории разбили сквер, устроили фонтан.

С юга, в начале 1980-х, строились многоэтажные жилые дома.   В конце 1990-х – начале 2000-х у южной границы бывшего кладбища поднялся Дворец здоровья. Вскоре вдоль Доломановского переулка возводились корпуса клинико-диагностического центра «Здоровье», в 2010-е годы – корпус налоговой федеральной службы, впоследствии многоэтажный бизнес-центр «Гвардейский».

В ходе недавнего строительства здания областной прокуратуры у Халтуринского переулка, в ходе ведения земляных работ обнаружили шесть захоронений ХIХ века в деревянных гробах и склеп, сложенный из камня. После освидетельствования специалистами останки из всех погребений были перезахоронены на Северном городском кладбище.

В ходе активной застройки последних десятилетий, казалось, что не останется никаких примет христианского кладбища ХIХ века. Но, в ноябре в 2013 года, на территории бывшего кладбища появился небольшой временный храм и в нём прошли первые службы.

Сегодня как никогда актуальны слова Владимира Сидорова: «…душа смущается, когда, на камнях старинного храма Божьего, на костях тысяч людей отхватывают забубенную попсу Маша Распутина и Филипп Киркоров. Было бы справедливо построить по соседству с Дворцом спорта часовню – уменьшенную копию церкви Всех Святых, с памятными досками попечителям, иереям и тем, кто нашел здесь некогда последний приют. Их теням нехорошо, тяжело, на этом асфальтовом плацу с капищем масскульта из стекла и железобетона» [1, с. 166]. Ныне же, оставшаяся незастроенной территория кладбища к югу и востоку от Дворца спорта превратилась, по сути, в автопарковку для всех общественных зданий окружающих его.

Предложение по сооружению мемориала на территории бывшего Всехсвятского некрополя звучали в Ростове с начала 1990-х годов. 16 сентября  2017 года Ростовское региональное отделение ВОО ВООПИиК направило обращение Председателю городской Думы, главе г.Ростова-на-Дону Неярохиной Зинаиде Васильевне, в котором сообщалось что необходимо рассмотреть вопрос о создании мемориального места на территории бывшего главного городского кладбища ХIХ века г. Ростова.

В настоящее время согласован проект возведения новой Всехсвятской церкви, к югу от существующего, временного храма. Ныне выделен участок под его строительство. Вокруг предполагается устройство сквера. Само собой рождается предложение превратить часть предполагаемого сквера и участок застройки временного храма в мемориальную зону былого Христианского кладбища. На ней, после устройства мемориальных газонов, можно разместить символические надгробия упокоенным здесь городским головам Ростова ХIХ века А.М. Байкову, И.С. Леванидову, П.Ф. Трегубенко; представителям легендарных купеческих семей Парамоновых, Асмоловых, Кушнарёвых, Паниных, Шушпановых; трагически погибшему в феврале 1918 года священнику Константину Верецкому, многим благотворителям и общественным деятелям дореволюционного Ростова. Здесь можно было бы собрать фрагменты подлинных надгробий ХIХ и начала ХХ века, уцелевшие ещё на территории бывшего Нового поселения, сюда следует вернуть перенесенные на Братское кладбище в начале 1960-х надгробные памятники семьи Мордовцевых и профессора Д.И. Ивановского.

Возрождённый храм в веке ХХI-м станет памятником и взорванной церкви и всего утраченного христианского кладбища века ХIХ-го.

Эту инициативу поддерживают прихожане Всехсвятской церкви, Ростовское отделение Союза краеведов России. Для этого, несомненно, необходимы кропотливые исследования и поддержка администрации города, общественных сообществ Ростова. Но главное не откладывать это предложение на потом, а начать его обсуждать, прорабатывать и воплощать уже сегодня!

Список источников

1.Сидоров В. С. Энциклопедия старого Ростова и Нахичевани-на-Дону. Ростов н/Д: Гефест, 1996. Т. 4.

2. Ильин А. М. История города Ростова на Дону. Ростов н/Д, 1909.
3. Комиссаров Е. Нахаловские страдания. Воспоминания пацана. Ростов н/Д., 2005. С. 120.
4. Вдовин М. А. «Красный маяк» как светоч культуры в прежней ростовской Нахаловке // Веч. Ростов. 2007. 6 марта. С. 3.
5. Слепцова Е. Они прославили Ростов – Ростов их забыл // Наше время. 2018. 20 июня. С. 2.
6. Ведомости Ростовской на Дону городской думы. 1868. 1 дек. (№ 49). С. 224.
7. Чалхушьян Г. Х. Историческая записка о городе Ростове на Дону //Дон. временник. [Год 2001-й]. Ростов н/Д, 2000. С. 192.
8. Журнал Ростовской на-Дону городской думы. 1885. 8 февр. (№ 4). С. 41–42.
9. Чалхушьян Г. Х. Историческая записка о городе Ростове на Дону // Дон. временник. Год 2003-й. Ростов н/Д, 2002. С. 167.
10. По воспоминаниям М. А. Вдовина (1930–2013), К. Э. Царды (1912–2013), О. В. Давыдовой (урожд. Трегубенко. 1932 г.р.).
11. Дон в годы революции и Гражданской войны. 1917–1920: сб. док. Т. 1: март 1917 – май 1918 / Гос. арх. Рост обл., Центр документации новейшей истории Рост. обл. Ростов н/Д., : Альтаир, 2017. С. 278–279.
12. Белозёров С. Е., Матухин Г. Р. Д. И. Ивановский – выдающийся русский учёный и педагог // Учён. зап. Ростовского н/Д. гос. ун-та. Т. 24, вып. 1. Харьков, 1955. С. 131.

Предлагаемый текст мемориальной доски

на месте Новопоселенского кладбища

«Вокруг Всехсвятского храма более 140 лет действовало Христианское кладбище, ограниченное современными переулками Халтуринский и Доломановский, улицами Красноармейской и Малюгиной. Здесь были похоронены городские головы Ростова: Ф.К. Трегубенко, А.М. Байков, И.С. Леванидов; известные купцы-благотворители, потомст. почет. граждане: П.Р. Максимов, В.В. Асмолов, Г.И. Шушпанов, Д.Л. Мордовцев, Я.С. Кушнарёв, И.С. Панченко, Ф.Н. Солодов, А.Л. Мордовцев, Е.Т. Парамонов, Н.А. Панин; священник Всехсвятского храма иерей Константин Верецкий; писатель Д.Л. Мордовцев, ученый-вирусолог Д.И. Ивановский, ваятель С.А. Тонитто».

[1] Сведения приведены на основании некрологов в газете «Приазовский край» и других библиографических источников (См. составленный автором, прилагаемый список «Погребённых на Христианском rладбище…» на 14 стр.)